English version: Limitations on and restrictions to the right to the freedom of peaceful assembly in the digital age

Настоящий меморандум подготовлен на основе информации, задокументированной правозащитным проектом ОВД-Инфо, а также другими правозащитными и аналитическими организациями и СМИ, и содержит информацию о практиках ограничения свободы собраний в цифровом пространстве, которые используются российскими властями, о законодательной базе таких ограничений и о развитии законодательства в этой области в 2012–2018 годах.

Судебное преследование за распространение в Интернете информации о мирных собраниях

Российское законодательство предусматривает возможность как административного, так и уголовного преследования за распространение информации об уличных акциях.

Уголовная ответственность предусмотрена за «призывы» к массовым беспорядкам. При этом само понятие «массовые беспорядки» трактуется правоприменителями широко, и под него могут подводиться мирные акции.

Например, летом 2018 года за комментарии в группе «Челябинск против повышения пенсионного возраста» в отношении двух жителей Челябинска и нескольких неустановленных лиц было возбуждено уголовное дело по обвинению в призывах к массовым беспорядкам. Один из обвиняемых утверждает, что в своих комментариях указывал на необходимость «противостоять незаконным действиям сотрудников ОМОНа, не позволять им избивать и задерживать протестующих».

Кроме того, в законе не объясняется, что следует считать «призывами» к массовым беспорядкам. Несмотря на такую неопределенность, преследование по этой статье грозит реальным лишением свободы — вплоть до двух лет. Хотя обвинения в призывах к массовым беспорядкам не являются массовым явлением, нельзя сказать, что эта статья никогда не применяется: по данным Судебного департамента Верховного Суда РФ, с 2012 года по ней было осуждено шесть человек.

С 2012 года административно наказуемыми являются «публичные призывы к массовому одновременному пребыванию» или «передвижению» граждан в общественных местах, если это привело к нарушению общественного порядка, вреду для зеленых насаждений или помешало движению транспорта или пешеходов. Как и в случае с уголовной статьей, не было определено понятие «призывы», что дало большую свободу правоприменителям.

С 2014 года за такие призывы для граждан предусмотрен штраф от 10 до 20 тысяч рублей (приблизительно от 130 до 260 евро), до 100 часов обязательных работ или арест на срок до 15 суток. Еще большее наказание (штраф от 150 до 300 тысяч рублей (приблизительно от 1950 до 3900 евро), обязательные работы на срок до 200 часов или до 20 суток ареста) было введено в 2014 году за такие призывы, если «одновременное пребывание» происходило рядом со зданиями судов, резиденцией президента РФ и на некоторых других территориях. Суровое наказание, вплоть до 30 суток ареста, грозит за «повторное» нарушение по этой статье.

Кроме того, с 2012 года законодательство запрещает проводить агитацию перед публичным мероприятием, если оно еще не согласовано с властями. Ранее начинать агитацию разрешалось сразу после подачи уведомления властям. В российских реалиях, когда подать уведомление разрешается не ранее, чем за 15 дней до акции, а процесс согласования может затянуться на продолжительное время без гарантий успешного подтверждения согласования, такое изменение оборачивается серьезным ограничением.

Под агитацией понимаются не только собственно призывы к участию, но в целом распространение информации о предстоящем мероприятии: его месте, времени, целях и «иной информации, связанной с подготовкой».

В российском законодательстве отсутствует отдельная норма, устанавливающая наказание за незаконную «агитацию». На практике распространение информации о предстоящей несогласованной акции обычно трактуется как нарушение установленного порядка проведения публичного мероприятия. При этом распространение информации, вопреки рекомендациям Спецдокладчика, власти считают организацией публичного мероприятия.

Как следствие, наказание за распространение информации о несогласованных акциях растет с ужесточением наказания для организаторов публичных мероприятий в целом. С июня 2012 года наказание за нарушение организатором установленного порядка проведения акций наказывается штрафом от 10 до 20 тысяч рублей (приблизительно от 130 до 260 евро) или же обязательными работами на срок до 40 часов. В 2014 году было введено крайне строгое наказание (штраф от 150 до 300 тысяч рублей (приблизительно от 1950 до 3900 евро), до 200 часов обязательных работ или до 30 суток ареста) за «повторное» нарушение по этой статье. За «неоднократное» нарушение (более двух раз в течение 180 дней) с 2014 года предусмотрено наказание уже по уголовной статье — вплоть до 5 лет лишения свободы.

Поскольку распространение информации о несогласованной акции и действия в ходе самой акции квалифицируются по одной и той же статье Кодекса об административных правонарушениях (далее — КоАП), «повторными» и «неоднократными» нарушениями могут быть признаны, по сути, совершенно разные действия.

Этот факт затрудняет и анализ ситуации: из официальной статистики невозможно узнать, сколько дел, связанных с распространением информации о публичных акциях, рассматривается в судах. Тем не менее очевидно, что если раньше речь шла о единичных случаях преследования, то в 2017–2018 годы такой вид давления используется все чаще.

Едва ли не единственный такой случай, зафиксированный в 2013 году, — это задержание в декабре главного редактора сайта «БлогСочи». Его обвинили в попытке организовать несогласованный митинг за отставку мэра Сочи. Информация об организации такого митинга действительно была опубликована на сайте, однако ее размещал кто-то из пользователей, а сам митинг не состоялся.

В 2018 году привлечение к ответственности за распространение информации — уже не редкость. Приведем лишь несколько примеров.

В ноябре суд в Москве оштрафовал на 20 тысяч рублей (приблизительно 260 евро) активиста за публикацию в соцсети «Вконтакте» сообщения о митинге против пенсионной реформы, запланированном на 9 сентября. Суд признал его виновным в организации публичного мероприятия без подачи уведомления.

В Чите на организатора протестного митинга завели административное дело из-за публикации в интернете информации об акции до того, как власти ответили на уведомление.

В июле организатор протестного митинга в Ставрополе был оштрафован на 150 тысяч рублей (приблизительно 1950 евро) за публикацию в интернете видеоприглашения на митинг, который в итоге не состоялся. По словам активиста, он подал уведомление об акции и не получил от властей в установленный срок предложений изменить место или время ее проведения, поэтому считал митинг согласованным.

В феврале 2018 года суд в Москве арестовал на 30 суток Леонида Волкова, главу предвыборного штаба оппозиционного политика Алексея Навального, признав его виновным в «повторном» нарушении по статье о нарушениях на митингах. Суд счел Волкова организатором митинга из-за ретвита видеоролика с задержанием Навального в январе 2018 г. и ссылки на пост Навального, в котором была фраза про январскую акцию. «Если я дал ссылку на ролик с задержанием Навального, наверно я сделал это после того, как это состоялось», — отмечал в суде Волков. Волков также подчеркивал, что по второй ссылке не было призывов приходить на акцию.

В 2018 году случаи аналогичных по своей природе преследований, были зафиксированы в Москве, Санкт-Петербурге, Чебоксарах, Тюмени, Хабаровске, Казани и других городах.

Обвинения по статье КоАП о нарушении порядка проведения публичных мероприятий потенциально могут впоследствии стать основанием для возбуждения уголовного дела о «неоднократном нарушении порядка проведения публичного мероприятия», хотя на практике в связи с распространением информации об акциях такого пока не случалось.

Кроме того, уже действующие запреты в рассматриваемой области пополняются все новыми. Только во второй половине 2018 года КоАП пополнился двумя новыми статьями, напрямую связанными с распространением информации об акциях.

С конца октября 2018 года штраф до 20 тысяч рублей (приблизительно 260 евро) грозит организаторам за «невыполнение обязанностей по информированию граждан об отказе от проведения публичного мероприятия». Согласно поправкам в закон о митингах, при отказе от проведения акции организатор должен «не позднее чем за один день до дня его проведения принять меры по информированию граждан».

В декабре 2018 года Госдума приняла закон, дополняющий статью КоАП о нарушениях на митингах новым пунктом о «вовлечении несовершеннолетнего в участие в несанкционированных собрании, митинге, демонстрации, шествии или пикетировании, если это действие не содержит уголовно наказуемого деяния» со штрафом от 30 до 50 тысяч рублей (приблизительно от 390 до 650 евро), обязательными работами сроком до 100 часов и арестом до 15 суток. Как другие действия, охватываемые этой статьей, «вовлечение» может стать «повторным» нарушением, а при «неоднократном» нарушении возможно преследование уже в уголовном порядке. При этом в законе не проясняется, что именно следует считать «вовлечением несовершеннолетних», что ставит под угрозу любых людей, публикующих информацию о несогласованных акциях.

Использование властями цифровых технологий для сбора информации, касающейся публичных акций

Слежка за организаторами и участниками протестных акций

В июле 2016 года Центральный районный суд Сочи разрешил управлению ФСБ по Краснодарскому краю читать электронную почту, прослушивать телефон и следить за редактором интернет ресурса «БлогСочи». Основанием для этого стала его «причастность к группе оппозиционно настроенных граждан, деятельность которых направлена на организацию акций гражданского неповиновения с использованием экстремистских методов». Кроме того, по мнению суда, редактор размещал на своем сайте информацию, «направленную на негативное восприятие общественностью внутриполитической ситуации в государстве»». В судебных документах также указывается, что редактор «неоднократно принимал участие, а также сам выступал организатором серии протестных акций на территории г. Сочи. Являясь главным редактором сайта „blogsochi.ru“, в преддверии проведения масштабных общероссийских и международных мероприятий регулярно активизирует размещение на своем оппозиционном Интернет-ресурсе тенденциозной информации, в т. ч. направленной на негативное восприятие общественностью внутриполитической ситуации в государстве, провоцируя акции экстремистского характера».

Взломы аккаунтов активистов и журналистов

В апреле 2016 года директор НКО «Образ будущего» Олег Козловский сообщил в соцсетях что его аккаунт в мессенджере Telegram был взломан. Впоследствии Козловский опубликовал информацию о том, что аккаунты в соцсетях и электронные почты еще несколько десятков журналистов, правозащитников и активистов были взломаны или была обнаружена попытка их взлома. В докладе ПЕН центра за 2012–2018 годы сообщается о попытках «перехвата смс-сообщений, содержащих коды авторизации для учетных записей нескольких активистов в Telegram» в феврале и апреле 2016 года. В докладе также приводятся предположения о причастности российских спецслужб ко взломам. Кроме того, компания «Google» в октябре 2016 года предупредила активистов и журналистов о попытках несанкционированного доступа к их аккаунтам. Спустя год, к весне 2017 года, российские правоохранительные органы так и не смогли найти виновных в несанкционированном доступе к личной и профессиональной переписке активистов.

Осенью 2018 года подруге одного из санкт-петербургских активистов позвонил неизвестный, представившись сотрудником центра по борьбе с экстремизмом, и предложил дать показания на ее друга. Спустя какое-то время с этого же номера пришло сообщение со списком лиц, с которыми общается молодой человек. По словам активиста, со многими людьми из списка он общается исключительно в мессенджере Telegram.

Внедрение осведомителей в чаты активистов

Кроме взлома аккаунтов, для получения информации об организации публичных акций может использоваться и метод внедрения в чаты и переписку осведомителей. Активистка из Сочи, оштрафованная за организацию в городе антикоррупционной акции 12 июня 2017 года, утверждала, что она «знала, что во внутреннем чате есть „шпион“ и специально подчеркивала, что 12 июня вместо акции будет обычная прогулка без символики и агитационных материалов».

В конце октября 2018 года один из участников акции «Исчезающая конституция» в Санкт-Петербурге, прошедшей парой недель ранее, был задержан и доставлен в отделение полиции. По словам активиста, один из полицейских начал показывать ему «некий чат в Viber и спрашивать об активистах, фотографии которых были у сотрудника в телефоне». После этого активиста отпустили без составления протокола.

В декабре 2018 года в Тольятти на «встрече сторонников» у торгового центра были задержаны два активиста «бессрочного протеста». Они утверждают, что накануне обсуждали эту встречу в открытом Telegram-чате.

В декабре 2018 года были оштрафованы оппозиционный политик, лидер «Партии перемен» Дмитрий Гудков и его отец, бывший депутат Государственной думы РФ Геннадий Гудков. Политиков обвинили в организации и участии в несогласованной акции против свалки в Коломне. В качестве доказательства был представлен скриншот из чата в Telegram, в котором Дмитрий Гудков написал, что 25 ноября они с отцом «планируют снять на видео жителей, выступающих против строительства мусоросортировочного комплекса и полигона твердых бытовых отходов в Мячково».

Вычисление участников протестных акций по публикациям в Интернете

Сотрудники нижегородского штаба оппозиционного политика Алексея Навального утверждали, что после антикоррупционной акции 26 марта 2017 года учителя городских школ изучали размещенные в социальных сетях фотографии с акции и проводили «воспитательные беседы» с учениками, которых узнавали на снимках. Также пятеро несовершеннолетних были задержаны полицией уже после акции. Впоследствии полицейские составили протоколы в отношении родителей этих несовершеннолетних за неисполнение ими обязанностей по воспитанию детей.

Подобным образом поступали и в Волгограде после антикоррупционной акции 26 марта 2017 года. Там среди участников публичного мероприятия искали студентов ВУЗов, а этим занимались не преподаватели, а сотрудники полиции. Известно по крайней мере о трех задержанных студентах, которых доставляли в отделения полиции сразу с учебных занятий, обвинив в нарушении порядка участия в публичном мероприятии.

Дополнительное внимание к страницам в социальных сетях задержанных на акциях

Есть основания полагать, что сотрудники правоохранительных органов изучают страницы в социальных сетях, принадлежащие задержанным на публичных акциях, а также иные сайты, к которым те имеют отношение, чтобы использовать полученную информацию для давления на этих лиц.

Так, у активиста, задержанного во время антикоррупционной акции 26 марта 2017 года в Чебоксарах, был проведен обыск в связи с тем, что на его странице в соцсети якобы была найдена информация, подпадающая под запрет реабилитации нацизма.

В начале 2018 года был оштрафован глава челябинского штаба оппозиционного политика Алексея Навального, привлекавшийся ранее к административной ответственности за информирование о публичном мероприятии. Причиной для второго наказания послужило то, что на сайте другой общественной организации, которую он также возглавляет, не был размещен документ, регулирующий обработку личных данных пользователей.

Препятствование деятельности журналистов, освещающих уличные акции

Задержания и нападения на журналистов

Нередки случаи задержаний журналистов интернет-изданий и блогеров, освещающих публичные мероприятия, и их судебного преследования наравне с другими участниками акции. Приведем лишь отдельные примеры.

Во время акций против пенсионной реформы 9 сентября 2018 года Профсоюз журналистов и работников СМИ зафиксировал нарушения в отношении по меньшей мере 18 журналистов в разных городах России. Речь идет не только о задержаниях, но также о многочисленных случаях избиений журналистов сотрудниками полиции. В Омске сотрудник полиции при задержании порвал корреспонденту удостоверение. В Екатеринбурге официальный представитель регионального управления МВД заявил агентству ЕАН: «Мы не делаем разницы между участниками митинга и журналистами». На задержанных в Екатеринбурге журналистов составили протоколы о нарушении участником публичного мероприятия порядка его проведения, несмотря на то что при задержании они предъявляли пресс-карты и редакционные задания. В Липецке были задержаны три журналиста, один из которых был оштрафован на 150 тысяч рублей (приблизительно 1950 евро) по обвинению в «повторном» нарушении порядка проведения публичного мероприятия.

Профсоюз журналистов зафиксировал 29 нарушений в отношении представителей СМИ, освещавших в семи городах протестные акции 5 мая 2018 года «Он нам не царь» против избрания Владимира Путина президентом. «На несогласованных акциях „Он нам не царь“ журналистов задерживали, несмотря на пресс-карты и бланки с редакционными заданиями, — говорится в заявлении профсоюза. — Били дубинками и „прикладывали“ лицом к автозаку. У фото- и видеооператоров выбивали из рук дорогостоящую технику. После этого нашим коллегам, которые фактически оказались потерпевшими от полицейского произвола, присуждались штрафы и административные аресты за якобы участие в несанкционированной акции, хотя они выполняли свой профессиональный долг».

Во время массовых задержаний участников антикоррупционных выступления 26 марта 2017 года, по данным «Репортеров без границ», были задержаны не менее 14 журналистов.

Прерывание интернет-трансляций публичных мероприятий

Публичные мероприятия в цифровую эпоху собирают людей не только на улицах, но и у экранов телефонов и мониторов компьютеров. Так, во время проходивших во многих городах России 28 января 2018 года публичных мероприятий против отказа оппозиционному политику Алексею Навальному в регистрации в качестве кандидата в президенты, на Youtube-канале «Навальный LIVE» велась прямая трансляция протестных акций. Под предлогом сообщения о заложенной бомбе полиция выбила дверь в офис Фонда борьбы с коррупцией, который возглавляет Навальный, но это не помешало трансляции, так как она велась из офиса за пределами России. Спустя несколько дней по возвращении в Россию ведущие прямой трансляции были задержаны в аэропорту и привлечены к административной ответственности в виде нескольких дней ареста как организаторы несогласованного публичного мероприятия.

Нередко во время мирных акций задерживают блогеров и журналистов, которые ведут прямые трансляции происходящего на своих страницах в социальных сетях. Например, в Красноярске 5 мая 2018 года был задержан блогер, который вел трансляции несогласованной акции «Он нам не царь» против избрания Владимира Путина президентом. В качестве наказания суд назначил блогеру 30 часов исправительных работ.

За фотографирование одного из сотрудников центра по борьбе с экстремизмом ФСБ во время задержаний участников протестной акции студент, ведущий телеграм-канал «Протестный МГУ», был задержан, подвергся физическому и психологическому насилию во время доставления в отдел полиции, после чего он был привлечен к ответственности за нарушение участником порядка проведения публичного мероприятия.

Иногда людей, ведущих прямую трансляцию акций в социальных сетях, полицейские задерживают и доставляют в отделение полиции, после чего отпускают без предъявления обвинений. Результатом таких действий является прекращение распространения информации о публичном мероприятии.

Ограничение доступа журналистов на судебные процессы над активистами

Нередки случаи, когда в отношении участников публичных мероприятий в России возбуждают уголовные дела по обвинениям в причинении физического вреда полицейским (ст. 318 УК). Как правило, подобные процессы проходят в открытом режиме. Однако иногда судьи по тем или иным причинам ограничивают присутствие журналистов на заседаниях. Так, в мае 2018 года по просьбе судьи одного из судов Санкт-Петербурга приставы вывели из зала судебного заседания двух журналистов. Поводом для удаления прессы послужило распоряжение судьи не пускать в зал более 10 человек, так как иначе в зале «будет душно».

Ограничения использования Интернета для координации публичных мероприятий

Блокировки онлайн-ресурсов за распространение информации о несогласованных акциях

В начале 2014 года вступил в силу так называемый «закон Лугового» о внесудебной блокировке сайтов с экстремистской информацией, под которой подразумеваются, в частности, «призывы к массовым беспорядкам» и к участию в «любых мероприятиях, проводимых с нарушениями установленного порядка».

Внесудебное ограничение доступа происходит следующим образом. Генеральный прокурор или его заместители выявляют запрещенную информацию (сами или благодаря обращениям граждан, организаций или органов власти) и направляют требование о блокировке в Роскомнадзор. Тот, в свою очередь, «незамедлительно» направляет операторам связи требование об ограничении доступа к странице с запрещенной информации или ко всему сайту, — это требование также должно быть выполнено «незамедлительно». Доступ восстанавливается только после того, как владелец ресурса удаляет запрещенную информацию.

Закон ставит призывы к участию в публичных мероприятиях, проходящих с нарушением установленного порядка, в один ряд с призывами к массовым беспорядкам и осуществлению экстремистской деятельности. Поскольку в российском законодательстве не объясняется, что именно следует считать такими «призывами», запрещенной информацией, подлежащей немедленной внесудебной блокировке, на практике могут признать любые сведения о любых мирных акциях, не согласованных с властями.

Угроза внесудебной блокировки ресурсов, распространяющих какую бы то ни было информацию о планируемых акциях и даже о ходе переговоров по согласованию, препятствует не только информированию потенциальных участников, но и привлечению внимания к теме мероприятия, что, собственно, и является одной из его ключевых целей. Кроме того, сама по себе потенциальная возможность блокировок без четко прописанных критериев является мощным инструментом давления на онлайн СМИ и способствует распространению самоцензуры.

Уже марте 2014 года на фоне массовых протестов против вмешательства в события на Украине и против приговора по «Болотному делу» под действие новых ограничений попали такие оппозиционные СМИ, как «Грани.ру», «Каспаров.ру» и «Ежедневный журнал», а также блог создателя Фонда борьбы с коррупцией Алексея Навального в Livejournal — на тот момент один из самых популярных блогов в «Живом журнале». Заблокирован был и сайт радиостанции «Эхо Москвы», который перепечатывал записи из блога Навального.

Блокировку блога Алексея Навального Генпрокуратура мотивировала следующим образом: «Значительная часть размещенных материалов содержит призывы к участию граждан в массовых мероприятиях, не согласованных в установленном порядке с органами исполнительной власти и органами местного самоуправления». Претензии высказывались не к отдельным публикациям, а ко всему блогу целиком. Чтобы восстановить доступ к ресурсу, Навальный был вынужден удалить все записи. Доступ был восстановлен в ноябре 2015 года, спустя полтора года после блокировки.

Аналогичным образом в требовании Генпрокуратуры не были указаны и адреса конкретных страниц с противоправными материалами и в случае с блокировкой «Граней.ру» — в результате издание не могло удалить определенную информацию для восстановления доступа к сайту. На суде по блокировке «Ежедневного журнала» представитель Генпрокуратуры сообщил, что противозаконная информация, в том числе призывы к несогласованным массовым акциям, были найдены в ряде материалов, касающихся «Болотного дела». Кроме того, представитель ведомства сообщил, Генпрокуратура считает многие опубликованные в издании статьи «тенденциозными». В качестве примера незаконной информации он привел цитату из статьи от 5 июня 2012 года, то есть опубликованную задолго до появления «закона Лугового». Российские суды признали блокировки законными, сайты остаются заблокированными до настоящего времени.

Летом 2014 года Роскомнадзор под угрозой полной блокировки добился удаления с сайта интернет-издания Slon.ru интервью с новосибирским художником Артемом Лоскутовым, где тот рассказал о готовящейся акции «Марш за федерализацию Сибири». Интервью было опубликовано задолго до того, как организатор акции мог в законном порядке подать о ней уведомления властям. Была заблокирована группа марша в соцсети «Вконтакте», более десяти СМИ получили от Роскомнадзора предупреждения за публикацию новостей о предстоящем марше и о блокировке группы в соцсети.

В декабре того же года были заблокированы страницы в соцсетях, посвященные акциям 15 января 2015 г. — на этот день было назначено вынесение приговора по делу Алексея и Олега Навальных. На момент блокировки у организаторов не было законной возможности приступить к согласованию акции. Позже было заблокировано также сообщение в блоге Алексея Навального о переносе оглашения приговора с 15 января 2015 г. на 30 декабря 2014 г.

Использование внесудебных блокировок продолжается до настоящего времени. Приведем лишь несколько примеров.

В апреле 2017 года соцсеть «Вконтакте» заблокировала по требованию прокуратуры несколько сообществ «Открытой России», посвященных акциям против выдвижения Владимира Путина на четвертый президентский срок. Причем группу, посвященную акции в Кирове, заблокировали несмотря на то, что мероприятие было согласовано с властями.

В некоторых случаях блокировкам подвергаются не только публикации с информацией о предстоящих акциях, но и сообщения, посвященные уже прошедшим мероприятиям. Например, в 2015 году наряду с другими роликами на Youtube была заблокирована видеозапись разгона в 2012 году несогласованной акции в Нижнем Новгороде.

Помимо «закона Лугового», российские власти прибегают и к другим способам запрета информации о протестных акциях. В сентябре 2018 года, накануне всероссийской акции против пенсионной реформы, запланированной на единый день голосования, компания «Google» убрала из Youtube платную рекламу акции. Сделано это было по требованию Центральной избирательной комиссии, Роскомнадзора и Генпрокуратуры, которые обвинили «Google» во вмешательстве в выборы, — ведомства сочли, что эта реклама нарушает «день тишины».

Блокировка приложений, используемых для координации протестных акций

Летом 2016 года в России были приняты два федеральных закона, получивших в СМИ название «Пакет Яровой». В частности, «Пакет Яровой» обязал соцсети и мессенджеры в течение года хранить информацию о каждом факте передачи информации и о пользователях, а также обеспечить возможность доступа уполномоченных госорганов к переписке пользователей. Кроме того, с 1 октября 2018 года операторы связи обязаны хранить записи телефонных разговоров и текстовые сообщения в течение 30 суток с последующим увеличением объемов хранилищ. За неисполнение этих требований предусмотрена административная ответственность, вплоть до блокировки ресурса.

В 2017 году Роскомнадзор начал блокировать приложение Zello, которым активно пользовались для координации своих акций протестующие против дополнительного транспортного налога грузовые перевозчики. А в апреле 2018 года по решению суда за отказ предоставить ФСБ ключи от зашифрованной переписки пользователей началась блокировка популярного в России мессенджера Telegram, чаты в котором нередко используются для координации протестных акций.

В конце 2018 года в СМИ появилась информация о том, что в 2019 году Роскомнадзор планирует потратить до 20 миллиардов рублей (почти 260 миллионов евро) на усовершенствование технологий блокировки мессенджеров, в том числе Telegram, который продолжает работать в России.

Международный ПЕН центр в своем заявлении отмечает, что блокировки Telegram ведут к широкомасштабному нарушению свободы слова в интернете.

Отключение мобильного интернета в местах массовых протестов

С 4 по 16 октября 2018 года в Ингушетии проходил митинг против подписания соглашения о границе между Чечней и Ингушетией. С 22:30 3 октября до утра 17 октября у всех трех крупнейших мобильных операторов («Билайн», «Мегафон», МТС) на территории республики не функционировали технологии связи в стандарте 3G и 4G. В ответ на многочисленные жалобы граждан, поданные после окончания митинга, Роскомнадзор сообщил, что мобильный интернет на территории Ингушетии был отключен на основании «мотивированного решения», направленного «правоохранительными органами». Какая именно правоохранительная структура обратилась к операторам и чем мотивировала свое требование — неизвестно.

Заключение

К настоящему моменту Интернет в России является важнейшим пространством для реализации права на свободу мирных собраний. Власти, в свою очередь, прилагают немало усилий с целью ограничения этого права и в цифровом пространстве.

Активисты используют Интернет для подготовки публичных мероприятий и распространения информации о нем, журналисты — для предоставления своей аудитории сведений о том, что происходит во время уличных акций и судов над задержанными активистами. Власти, в свою очередь, предпринимают — как на законодательном, так и на правоприменительном уровне — меры, направленные на ограничение распространения такой информации. Кроме того, правоохранительные органы используют цифровое пространство для сбора информации о готовящихся акциях, а также для формирования доказательной базы обвинения по делам, связанным с организацией или участием в публичных мероприятиях.

Правоприменительная практика сложилась таким образом, что организатором незаконной акции признается любой человек, разместивший в Интернете информацию о готовящейся акции. Попавшие в поле зрения властей активисты иногда сталкиваются с последующим пристальным вниманием к своим социальным сетям или иным интернет сайтам.

Ограничение свободы мирных собраний в цифровом пространстве во время проведения акций в основном выражается в ограничении деятельности журналистов, блогеров и фотографов, которые в режиме реального времени размещают в интернете информацию о том, как проходит акция. Человек с камерой, фотоаппаратом или просто снимающий происходящее на телефон нередко становится одной из первых жертв задержаний.

Ограничение свободы мирных собраний в цифровом пространстве влечет за собой ограничение ряда иных прав и свобод человека. В первую очередь, речь идет о свободе выражения, так как сама реализация свободы собраний в Интернете опосредована выражением. Кроме того, ограничивается и свобода ассоциаций в той мере, в которой ограничивается возможность создавать сообщества в сети в виде групп или чатов. В тех случаях, когда агенты государства необоснованно или незаконно получают доступ к личной переписке активистов и журналистов, вместе со свободой собраний ограничивается также право на уважение частной и семейной жизни. Результатом ограничения свободы мирных собраний может быть также нарушение права на справедливый суд в части обеспечения публичности судебного разбирательства.

О докладе

О докладе

Настоящий меморандум подготовлен на основе информации, задокументированной правозащитным проектом ОВД-Инфо, а также другими правозащитными и аналитическими организациями и СМИ, и содержит информацию о практиках ограничения свободы собраний в цифровом пространстве, которые используются российскими властями, о законодательной базе таких ограничений и о развитии законодательства в этой области в 2012–2018 годах.


Текст Денис Шедов, Наталья Смирнова (ОВД-Инфо), Татьяна Глушкова (Правозащитный центр «Мемориал»)

Иллюстрация обложки Карина Гильфанова

Верстка Даниил Бейлинсон

Дата публикации 5 февраля 2019


Меморандум был передан спецдокладчику ООН по свободе собраний 15 января 2019.